DTR013 Рейлтрек — сложность и бедствие

Downloadable PDF Resources

  1. English
  2. English/Spanish
  3. English/Russian

This module will take you through the Практический пример: «Рейлтрек» — сложность и бедствие.

  1. Практический пример: «Рейлтрек» — сложность и бедствие

 

нформация, содержащаяся в данном документе, является частью аккредитованного IQ курса
«Сертификат 4-го уровня по усовершенствованию управления рисками и кризисной ситуацией»

Практический пример: «Рейлтрек» — сложность и бедствие

Одним из наиболее ярких примеров связи между сложностью и потерей организационного контроля был «Рей трек», компания, которая была создана в 1996 году после приватизации железнодорожной системы Великобритании консервативным правительством. До приватизации она была известна как «Бритиш рейл» («БР»), имевшая чрезвычайно сложную железнодорожную сеть, с высокой степенью взаимосвязи и много-системной зависимостью (10 346 миль путей и сигналов, 40 000 мостов и путепроводов, 50 тоннелей, 2 508 станций, 1 500 сигнальных коробок, 9 000 переездов). Хотя и были организационные сложности, связанные с «БР» и до распада, но по крайней мере, это была одна организация, которая несла ответственность за всю систему, и которая имела четкие границы ответственности за ее содержание и управление.

После приватизации, различные секции «БР» были разбиты на автономные организации, каждая из которых отвечала за определенную область деятельности, а также часто развивала конкурентные или даже враждебные отношения внутри других областей деятельности. Поезда и подвижной состав находились в собственности трех отдельных компаний, которые в свою очередь сдавали их двадцати пяти различным железнодорожным операторам. «Рейл трек» владел железнодорожными путями, но его роль была чисто административной. Ответственность за содержание путей (критический фактор в работе) был отдан разным субподрядчикам, которые, хотя на них тогда и была возложена ответственность за поддержание путей, в свою очередь отдали субподряды на проведение фактических работ другим компаниям. «Рейл трек» не имел своего собственного «инженерного отдела», и не обладал техническими знаниями внутри компании для контроля работ по техническому обслуживанию, или даже, чтобы оценить, были ли эти работы проведены эффективно.

Другим следствием распада «БР» было то, что вместо того, чтобы действовать как единое целое с различными подразделениями, каждое подразделение действовало в целях максимизации собственной прибыли и сводило к минимуму любую потенциальную ответственность. Это означало, что высококритичная и очень сложная сеть отношений между новыми компаниями находились под контролем подробных контрактов, каждая из которых пыталась микро-управлять чрезвычайно сложными операциями. Имелось 224 отдельных юридических соглашений, покрывающих грузовые контракты, а также распределяя ответственность за задержки на основании 1 900 контрольных пунктов, 204 предопределенных причин задержки и 1 300 штрафных очков за задержки. «Рейл трек» нанял пятьдесят человек для учета задержек только в одном Южном регионе. Эти договорные отношения привели к все более недружественным юридическим действия между различными компаниями, которые, в свою очередь, привели к срывам в общем предоставлении услуг.

Несмотря на то, что правительство все еще держало номинальную ответственность за контроль работы «Рейл трек», оно было столь же непонятным, с набором различных организаций, участвующих в надзоре, в том числе Управление пассажирского железнодорожного франчайзинга, Управление регулирования железных дорог, Железнодорожная инспекция Ее Величества, Железнодорожный Британский совет, Совет пассажиров железнодорожного транспорта, а также Министерство транспорта. Нет ничего удивительного в том, что вместо того чтобы работать совместно в сотрудничестве, эти государственные органы часто рассматривали друг друга в качестве конкурентов в борьбе за власть и влияние, и проводили больше времени, пытаясь перещеголять друг друга, чем сосредоточиться на выполнении реальных задач.

Последствием этой организационной сложности стало трагическое крушение поезда, когда утром 17-го октября 2000 года, когда междугородний поезд, идущий со скоростью в 115 миль в час сошел с рельс около местечка Хетфилд, в результате которого погибло четыре пассажира и более семидесяти получили ранения. Последующие расследования позволили установить, что причиной схода с рельс стало неисполнение обязанности починки поврежденных путей, несмотря на то, что потенциальные последствия и ущерб были известны. Официальный обзор инцидента возложил вину за аварию напрямую на отсутствие четкой ответственности за управление путей. Эта авария привела к массовому нарушению железнодорожного сообщения внутри страны (с предполагаемыми потерями для предприятий Великобритании в £ 6 миллионов в день), и в конечном итоге вынудило «Рейлтрек» быть переданным во внешнее управление в 2002 году.

Case Study: Railtrack – Complexity and Disaster

One of the clearest cases of the connection between complexity and loss of organisational control was Railtrack, the company that was created after the privatisation of the railway system by the Conservative government in 1996. Formerly known as British Rail, the nature of the railway network was already extremely complex, with a high degree of inter-connectedness and mutual systems-dependency — (10,346 miles of track and signalling, 40,000 bridges and viaducts, 50 tunnels, 2,508 stations, 1500 signal boxes, 9000 level crossings). Although there were organisational problems with BR before the break-up, at least there was one organisation that was responsible for the entire system, and which had clear lines of responsibility for its maintenance and management.

After nationalisation, different section of BR were broken up into autonomous organisations, each responsible for a specific area of operations, and often developing a competetive or even adverserial relationship with other areas of operation. The trains and rolling stock were owned by three separate companies, that in turn leased them out to twenty-five different train operating companies. Railtrack owned the track, but its role was purely administrative. Responsibility for the maintenance of the track (a critical factor in the operation) was sub-contracted to other companies, which although they were then tasked with the responsibility for the maintenance of the track, in turn sub-contracted it out to other companies to actually deliver the work. Railtrack did not have its’ own engineering department, and did not have the technical knowledge within the company to oversee the maintenance work, or even to gauge whether it was being delivered effectively.

Another consequence of the break-up of BR was that rather than acting as a single entity with different divisions, each division acted in order to maximise its own profit and minimise any potential liablility. This meant that the highy critical and immensely complex network of relationships between the new companies were controlled by detailed contracts, each of which tried to micro-mange extremely complex operations. There were 224 separate legal agreements covering freight contracts, and apportioning responsibility for delays was based on 1,900 checkpoints, 204 predefined delay causes, and 1,300 delay-attribution points. Railtrack employed fifty people just to account for delays in the Southern region alone. These contractual relationships led to increasingly bitter legal actions between the various companies, which in turn led to a break down in over-all service delivery.

Although the government still held nominal responsibility for overseeing the running of Railtrack, that was equally murky, with a raft of different organisations involved in the oversight, including the Office of Passenger Rail Franchising, the Office of the Rail Regulator, Her Majesty’s Railway Inspectorate, the British Railway Board, the Rail Passengers Council, and the Transport Secretary. It will be no surprise that rather than working cooperatively and collaboratively, these government agencies often saw each other as rivals for power and influence, and spent more time trying to out-manoeuvre each other than concentrating on the actual objectives.

The consequences of this organisational complexity became tragically clear on the morning of 17th October 2000, when an Intercity train travelling at 115 miles an hour was derailed near Hatfield, with the death of four passengers and over seventy injured. Subsequent enquiries found that the cause of the derailment was the failure to repair damaged tracks, despite the fact that the damage and potential consequences were known. The official review into the incident laid the blame for the accident squarely on the lack of clear responsibility for the management of the tracks. This accident led to massive disruption of national rail services (with an estimated loss to UK businesses of £6 million per day), and ultimately caused Railtrack to go into administration in 2002.